Одинокая старость

Надежда Фёдоровна Купавская с нетерпением ждёт, когда за ней приедут и заберут в дом престарелых. Даже вещи собрала. Уж там точно наверняка рядом будут постоянно находиться какие-то люди, позаботятся, если понадобится.

Сейчас она тоже не одна. Односельчане время от времени забегают – чаще просто для того, чтобы проверить – всё ли нормально. Она и сама время от времени выбирается из четырёх стен до местного магазинчика – покупает нечто съестное, а заодно на людей посмотрит, словом с кем-нибудь перемолвится. Продукты, как и некоторые промтовары, впрочем, ей по списку привозит местный житель Александр Домаренков. Чеки все представляет. Пенсию, которая ей поступает на карту, тоже он ей привозит, за услуги ничего не берёт. Просто помогает бабушке по доброте душевной – в Заречном взять такого рода хлопоты на себя вряд ли кто ещё найдётся. Живут здесь в основном пенсионеры. А те, кто помоложе, в одавляющем

большинстве отягощены личными заботами, в город почти не выбираются – с их доходами в Пугачёве делать нечего.

Татьяна Малетина бывает у Надежды Фёдоровны каждый день, а то и по нескольку раз на день. Они нисколько не родственники, не подружки. И никто на Татьяну не возлагал таких обязанностей. Просто они живут в одном доме, поделённом на две части.

— Жалко её. Ведь живой человек. Вот и прибегаю то подстричь, то принести квитанции на уплату коммунальных услуг, то ещё что-нибудь сделать мимоходом. У нас ведь в посёлке даже соцработника нет, – рассказывает Татьяна. – К тому же она больна. У неё трофические язвы на обеих ногах. На одной более-менее подживают. На другой – никак. Расчёсывает до крови, как ни уговариваю воздержаться. Но беда ещё и вот в чём. Бабушка уже с трудом себя обслуживает, много чего забывает. Стиральную машинку не может включить. Питается всухомятку, а ведь при её возрасте обязательно горячее надо есть. Раньше у неё хоть иногда каким-то супом пахло, теперь – ничем из нормальных блюд. Между тем газ то и дело зачем-то включает, но за ним не следит. Сколько раз случалось – прибегаю, а у неё какая-нибудь из конфорок шипит.

Словом, возникла ситуация, когда проживание по соседству с одинокой старушкой порождает беспокойство не только о её состоянии, но и за жизнь своей семьи.

Неделю назад представители администрации Давыдовского муниципального образования побывали у Купавской. Ездили к ней с целью выяснить, в какой именно помощи нуждается в связи с введением ограничительных мер из-за коронавируса. Надежда Фёдоровна попросила определить её в дом престарелых. И теперь администрация пытается решить вопрос. Нужно собрать документы, но самое затруднительное из-за пандемии – пройти медкомиссию. По словам главы поселения Алексея Тарасова, с главврачом районной больницы Ириной Болмосовой есть договорённость, что часть обследований проведут на дому, другие – по спецграфику в медучреждении.

Конечно, по сути не администрация должна заниматься судьбой старушки. У 82-летней Купавской есть дети, причём две дочери.

Обе живут, правда, далеко. Как получилось, что родные люди стали чужими, – судить не берусь. Но именно так и произошло.

Мама и дочери существуют в разных измерениях, и желания сойтись в едином нет ни у одной стороны. Его не было и раньше. Прошлой осенью, правда, младшая Марина по просьбе Татьяны забрала Надежду Фёдоровну к себе. Но, как рассказывают, общего языка не нашли, обозлились друг на друга окончательно. И Марина привезла маму по её же просьбе в Заречный. Просто доставила на место и уехала, не позаботившись ни о найме сиделки, ни о том, чтобы кто-то оказывал ей какую-то помощь. Благо в посёлке есть неравнодушные люди.

Когда спустя несколько месяцев стало очевидно, что старческие болезни прогрессируют, дочерям сообщили о варианте решения проблемы путём определения их мамы в дом престарелых. Марина ответила, что они этим заниматься не будут, таким образом переложив ответственность на других – власть, соседей и т.д.

Сегодня поговаривают, что такое поведение, поступки дочерей – следствие отсутствия должного внимания матери к ним, воспитания в пору их детства и юности. Но когда старый человек в немощи, тот ли это момент, чтобы предъявлять ему счёт таким образом – вычеркнув из своей жизни?

В. СЕВРЮКОВА

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.